454048, г.Челябинск, ул.Васенко,63

ПУЛЬС стремительная жизнь

Перуанские болельщики доехали до Челябинска ради танков
26 июнь 2018

Перуанские болельщики доехали до Челябинска ради танков

Группа перуанских футбольных болельщиков накануне матча своей сборной в Екатеринбурге побывала в Челябинске.

ВЕХИ НАШЕЙ ЖИЗНИ специальный проект

Лилия Дмитриевна Филатова: «Как нас выкормили, не знаю. Голод был страшным. Люди на улицах падали и умирали. Вероятно, родители нам свой паёк отдавали. Может быть, поэтому и отец погиб…» Лилия Дмитриевна Филатова: «Как нас выкормили, не знаю. Голод был страшным. Люди на улицах падали и умирали. Вероятно, родители нам свой паёк отдавали. Может быть, поэтому и отец погиб…» Фото из семейного альбома Л.Д.Филатовой

Две точки на карте: Ленинград и Верхние Караси

75-й годовщине прорыва блокады города на Неве посвящается

Лилия Дмитриевна Филатова родилась в Ленинграде, прожила в городе на Неве всего несколько лет в глубоком детстве. Но и сегодня считает себя ленинградкой, вероятно, потому, что все мы родом из детства

Пятьсот километров пешком

В июне 1941-го полуторогодовалая Лилия с сестрой Эммой трёх с половиной лет отдыхала в Калининской области. У мамы был отпуск, и она повезла дочерей на свою родину, в бывшую Тверскую губернию.

Когда гитлеровцы напали на Советский Союз и стали быстро продвигаться вглубь страны, женщина приняла решение добираться с девочками к мужу, в Ленинград. Возможно, она и не предполагала, что весь путь ей с малышками придётся пройти пешком. По прямой это почти пятьсот километров, а реально – гораздо больше. Вышли в разгар лета, а подошли к осаждённому Ленинграду глубокой осенью, в ноябре.

– Мама рассказывала позднее, что шли мы по лесам. Сначала питались ягодами и грибами. А как похолодало, пришлось просить продукты у людей. Когда подходили к деревне, мама нас сажала в какой-нибудь окоп, присыпала снегом, а сама шла смотреть, что там и как.

Ангел-хранитель

Лилия Дмитриевна уверена, что есть у неё ангел-хранитель, не раз он спасал её в казалось бы безвыходных ситуациях.

С ноября 1941 года грузы и людей доставляли в Ленинград по автомобильной ледовой дороге – Дороге жизни. До города, до дома и мужа было уже рукой подать, и женщина с двумя маленькими детьми попыталась сесть в проезжающий грузовик.

– Водитель первой машины нас не взял. Мама всю жизнь поминала того рыжего шофёра недобрым словом. А нужно было его благодарить. Нам удалось сесть во вторую машину, и не успели мы отъехать, как первый автомобиль прямым попаданием снаряда разорвало в клочья. А мы остались живы. Ведь кто-то нас уберег!

Их ленинградская квартира располагалась недалеко от Кировского завода, где работала мама Лилии Дмитриевны. Она была лично знакома с Кировым и Ворошиловым, которые нередко бывали на предприятии, ведь завод выполнял, в том числе, и военные заказы. Гитлеровцы подошли к Кировскому довольно близко и весь район нещадно бомбили. Но Лилия с сестрой выжили, несмотря на бомбёжки и голод.

– Как нас выкормили, не знаю. Голод был страшным. Люди на улицах падали и умирали. В январе 1942-го на детей и стариков ничего не давали, даже по 125 граммов хлеба не полагалось. Вероятно, родители нам свой паёк отдавали. Может быть, поэтому и отец погиб. Он работал на заводе «Электросила», был специалистом с высшим образованием, которому полагалась бронь, поэтому его и на фронт не взяли. Однажды в 1943-м отец ушёл на работу и пропал: до завода не дошёл и домой не вернулся. Что случилось, до сих пор не знаю, числится пропавшим без вести.

Ещё одна история из разряда необъяснимых произошла во время эвакуации семьи из Ленинграда в июле 1943-го. Шли они тогда на корабле по Волге, и Лилия Дмитриевна серьёзно заболела – двусторонняя пневмония.

– Мама вспоминала, что я совсем умирала. Она даже договорилась с соседкой, которая ехала с нами в каюте, чтобы, в случае, если я не выживу, она никому об этом не рассказывала, чтоб довезти меня до берега и похоронить, а не бросать за борт, как это тогда делали с умершими. Маленькой чайной ложечкой мама разжимала мне зубы и вливала кипячёную воду… И отлила меня безо всяких лекарств.

Много раз начинали с нуля

Когда отца не стало, мама Лилии Дмитриевны решила эвакуироваться с детьми из Ленинграда. В то время она уже ждала третьего ребёнка – сына. Отправились в деревню Верхние Караси, на родину отца, единственное место на земле, кроме Ленинграда, которое мама Лилии Дмитриевны впоследствии называла своим.

Приехали, можно сказать, в никуда. Бабушка с внуком-сиротой от второго сына мыкалась по людям. Когда деда репрессировали, дом отобрали. Собственно, если бы деда не арестовали, отец вряд ли уехал бы в Ленинград.

С деревней Верхние Караси у деда и бабушки Лилии Дмитриевны была связана своя история. Дед был хорошим плотником. Ещё в юности он со своим отцом приехал сюда на заработки (плотничали в одной из церквей). Когда работы все закончили, прадед Лилии Дмитриевны хорошо посидел с заказчиком, и за застольными разговорами мужики решили поженить своих детей. Спрашивать их согласия, разумеется, не стали. После свадьбы молодожёны поселились в Верхних Карасях. Дед отстроил дом – он и до сих пор стоит.

Его арестовали как врага народа (реабилитировали в 1956-м посмертно). Сразу после ареста деда, родственники поехали в Златоуст, где на заводе работал будущий отец Лилии Дмитриевны, и предупредили его. Дмитрий собрался и переехал в Ленинград. А дом «врага народа» конфисковали, жену с внуком выставили на улицу.

Так что в 43-м жить беженцам из Ленинграда оказалось негде. Никто на постой не брал. Всё же в Непряхино нашлась добрая душа – Александра Егоровна Лосева. Хоть и своя семья у неё большая была, но согласилась принять и женщину с двумя дочерьми, при этом пояснила: «Уж больно девочки баские» (хорошенькие то есть).

Через некоторое время от золотого прииска им дали комнату в бараке – тридцатиквартирке с общим коридором и удобствами на улице. Директор прииска прислал плотника, тот сколотил деревянные кровати с оголовьем, на них и спали.

– Как только война закончилась, мама собрала нас и повезла в Ленинград. До Москвы доехали, а в Ленинград не пускают. Говорят, мы оттуда детей вывозим, а вы туда везёте троих (к тому времени брату исполнилось два года). Мама пошла на приём к Ворошилову, и он написал разрешение.

Приехали в Ленинград. Город в руинах, дом их разбомбили. Опять всё пришлось начинать с нуля. Мама Лилии Дмитриевны снова устроилась на Кировский завод. На первых порах жили в школьном спортзале. С ними ещё семнадцать семей. Нередко, пока взрослые на работе, старшие дети отнимали у малышей и без того скромный обед. Поэтому мама ушла с завода в дворники, которых обеспечивали жильём. Дали им комнату в полуподвальной коммуналке в доме на углу Невского и Фонтанки (рядом с Аничковым мостом). А вскоре Лилия по санаторной путёвке уехала в Крым и прожила там почти три года.

В графе «физкультура» – прочерк

Училась Лилия Дмитриевна хорошо. В аттестате – сплошь пятёрки, четвёрок всего несколько. Только на физкультуру никогда не ходила. Ещё во время войны, в первый приезд на Урал, маленькая Лилия неудачно упала, сломала правый коленный сустав, и в условиях сниженного иммунитета у неё начался туберкулёз костей.

– Мама говорила, что здесь бы не вылечили. Все, кто здесь болел, остались калеками.

По настоянию профессора, который лечил девочку в Ленинграде, ей выделили путёвку в санаторий имени Крупской в Евпатории. С того времени Лилия Дмитриевна на дух не переносит красную и чёрную икру и халву. Этими продуктами, которые и многим взрослым не по вкусу, детей кормили каждый день.

Там, в Крыму, ей чуть было не отняли ногу, туберкулёз никак не хотел отступать. Но мама не дала своего согласия на ампутацию, а потом наступил перелом в болезни. Потихоньку, на костылях, Лилия начала ходить.

В марте 1948 девочка вернулась в Ленинград и пошла в школу, сначала в городскую, а потом в санаторно-лесную для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата.

Врачи настоятельно рекомендовали матери увезти Лилию из влажного ленинградского климата, туберкулёз вполне мог вернуться, и в 1949 году семья вновь переехала на Урал, в деревню Непряхино. С тех пор Лилия Дмитриевна здесь и живёт. В Ленинграде если когда и бывала, то только в качестве гостя.

Непряхинская школа поразила маленькую ленинградку своим удивительным садом, который изобиловал яблоневыми деревьями. С четвёртого по шестой класс она училась в санаторно-лесной школе в деревне Непряхино. Там начала петь со сцены. Любовь к песне, а её Лилия Дмитриевна сохранила до сегодняшних дней, привил ей учитель-фронтовик, который играл на пианино и проводил уроки на природе. Из школьных дисциплин Лилия Дмитриевна больше всего любила математику и ходила во все кружки, кроме спортивных.

После окончания школы поехала в Ленинград, поступать в водный институт, где училась старшая сестра. На медкомиссии хирург вынес вердикт: не годна. Вернулась в Непряхино. Так начался её путь к профессии педагога.

Лилия Дмитриевна Филатова окончила физико-математический факультет Челябинского пединститута. Работала в Непряхинской школе учителем, завучем, директором. Не раз избиралась депутатом местного и районного Советов депутатов. В 2006 г. возглавила Совет ветеранов Непряхинского сельского поселения. У нее трое детей, трое внуков и две правнучки.

В сентябре 2017-го Лилии Дмитриевне вручили одну из самых престижных наград Челябинской области – премию Законодательного Собрания «Общественное признание».

Татьяна Добрынина,
Чебаркуль

 


О нас

ОБЛАСТНОЙ СОВЕТ ВЕТЕРАНОВ Челябинское региональное отделение Всероссийской общественной организации ветеранов (пенсионеров) войны, труда, Вооруженных Сил и правоохранительных органов
ОБЛАСТНОЙ СОВЕТ ВЕТЕРАНОВ

Челябинское региональное отделение Всероссийской общественной организации ветеранов (пенсионеров) войны, труда, Вооруженных Сил и правоохранительных органов

Контакты

454048, г.Челябинск, ул.Васенко,63 тел. 263-51-72; 263-85-05; OCV1966@mail.ru

Новостная рассылка

Подпишитесь на наши новости, что бы быть в курсе последних событий!
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
1000 максимум символов